Становление и динамика облика населения Сибири и Казахстана

В данной работе представлены результаты исследования — визуальной характеристики внешнего облика населения Сибири и Казахстана от неолита до современности. Для этого привлекались кранио­логические материалы из большого количества могильников, по которым был выполнен ряд скульп­турных и графических реконструкций, в каждом случае выполненная реконструкция сопровожда­лась антропологическим описанием в виде словесного портрета. Уникальная методика прогнозирова­ния живого лица на основе черепа (так называемая программа краниофациального соответствия), раз­работанная в лаборатории антропологической реконструкции, позволяет переходить от признаков черепа к признакам лица с особым упором на индивидуальные особенности черепа. Эта программа с большой точностью воспроизводит внешний облик конкретного индивидуума, характеризуя его и как представителя определенного антропологического типа, и как индивидуальность с присущей ей физи­ономической неповторимостью.

В основу программы легли исследования, которые проводились на живых людях и позволили по­лучить большой по своей численности материал. Изучение соотношений между внешними признаками лица и их костной основой проводилось в сочетании с исследованием толщины мягких покровов лица методом ультразвукового зондирования.

В результате комплексного анализа было показано, что полученные зависимости между элементами внешности и соответствующими им структурами черепа являются в общих чертах схожими для пред­ставителей европеоидных и монголоидных народов, а также для мужчин и женщин, т. е. элементы внешности полностью зависят от подлежащих структур черепа и его индивидуальность отражается на инди­видуальности лица. Этот принцип является основополагающим, и поэтому восстановление лица по черепу широко применяется в судебной практике.

Плодом многолетних трудов лаборатории явилось создание программы краниофациального соответствия. Эта программа представляет собой алгоритм перехода от черепа к живому лицу, и на ее основе создают не только графический или скульптурный портрет, но также получают полную измерительную и описательную характеристику живого лица (так называемый словесный портрет по черепу). В своей основе программа краниофациального соответствия опирается на принятые в мире антропометрические и антропоскопические методы. Принципиально новым шагом в развитии метода восстановления лица по черепу является расчет категорий размеров живого лица. Индексы и градации ряда признаков рассчитывались на различающихся в расовом отношении группах, специально для нужд разработанной нами программы словесного портрета, который выполняется на основе черепа.

Комплекс прогнозируемых признаков разделен на три категории соответственно различным подходам к их реконструкции на живом лице. Некоторые антропометрические признаки можно получить из краниометрических путем простого сложения черепных размеров с толщиной мягких тканей в соответствующих точках. Это касается прежде всего продольного и поперечного диаметров головы, скулового и нижнечелюстного диаметров, наименьшей ширины лба, морфологической высоты лица.

Вторую категорию составляют такие размеры, как высота носа, верхняя высота лица, биорбитальная ширина и некоторые другие, которые примерно равны черепным размерам.
Ряд же признаков головы, не имеющих прямых аналогов на черепе, отнесены к третьей категории.К таковым относятся высота и ширина ушной раковины, ширина носа и рта, размеры глазной щели и т. п. Во внешнем облике эти размеры играют далеко не последнюю роль. Хрящевая часть носа, пожалуй, наименее прогнозируемая область человеческого лица, однако наряду с глазами и губами является важнейшей характеристикой индивидуального облика. В таких случаях необходимо использовать уравнения регрессии, рассчитанные на основе многомерного корреляционного и регрессионного анализа исследованных групп населения разной этнической принадлежности. Так, например, в отношении ширины носа получены высокие показатели связи с расстоянием между альвеолярными возвышениями клыков на уровне субспинале. Ширина рта в значительной степени зависит от ширины зубной дуги. Таким образом, уже в настоящее время можно считать вполне корректным вычисление ряда признаков по уравнениям регрессии, где в качестве независимых параметров выступают размеры черепа (табл. 1).

Таблица 1. Прогнозирование измерительных признаков лица (по данным регрессионного анализа)
Прогнозируемый признак лица Признак на черепе Уравнение регрессии (верхняя строка для мужских черепов, нижняя для женских)
Физиономическая высота лица (ФВЛ) Морфологическая высота лица (МВЛ) ФВЛ = 90,515+0,748 х (МВЛ+6 мм*)
ФВЛ = 86,357+0,746 х (МВЛ+6 мм*)
Высота уха (ВУ) Морфологическая высота лица (МВЛ) ВУ = 55,488+0,073 х (МВЛ+6 мм*)
ВУ = 45,650+0,110 х (МВЛ+6 мм*)
Ширина носа (ШН) Ширина между клыковыми точками (ШМК) ШН = 18,035+0,444х ШМК
ШН = 17,390+0,424 х ШМК
Ширина между носогубными складками (ШМН-ГС) Ширина между клыковыми точками (ШМК) ШМН-ГС = 21,744+0,843 х ШМК
ШМН-ГС = 19,607+0,805 х ШМК
Ширина фильтра (ШФ) Ширина между клыковыми точками (ШМК) ШФ = 7,295+0,118 х ШМК
ШФ = 2,792+0,202 х ШМК
Ширина рта (ШР) Ширина зубной дуги на уровне вторых премоляров ШР = 21,817+0,700 х ШМРт2
ШР = 27,905+0,512х ШМРт2

*Толщина мягких тканей на точке гнатион.

Применение этой программы дает уникальную возможность палеореконструкции облика древних популяций на основе анализа краниологического материала из отдельных могильников.

Опыт палеореконструкции

Первый опыт такой палеореконструкции был осуществлен на контрольной краниологической выборке представителей арктической расы с территории Дальнего Востока рубежа нашей эры (могильник Эквен). Выборка составила мужские и женские черепа. По каждому черепу был составлен индивидуальный словесный портрет по методике краниофациального соответствия и выполнены графические реконструкции. На основе обобщенных словесных портретов и усредненных размерных характеристик, полученных в ходе палеореконструкции, было проведено сравнение реконструированной популяции с современным эскимосским населением этой же территории в терминах антропометрии и антропоскопии живого лица. Прослежена хронологическая изменчивость физического облика на базе исследования генеалогической преемственности изученных групп.

Население, оставившее Эквенский могильник, обладало достаточным единообразием по форме головы в целом и по строению отдельных элементов лица. Многие из этих особенностей являются типичными для эскимосов (рис. 7). К их числу можно отнести килевидную форму головы; высокое, пентагоноидное в анфас, достаточно широкое лицо; слабую горизонтальную профилировку лица, длинный и узкий нос, заметный прогнатизм, низкий и узкий лоб; большой скуловой и нижнечелюстной диаметры. Комплекс этих признаков является, воз­можно, наиболее устойчивым во времени и прослеживается до наших дней.

В целом современные эскимосы более грацильны, чем древние эскимосы Эквенского могильника. Анализ выявляет, что по многим размерным характеристикам различия не случайны. Следует, например, отметить значительный сдвиг в размерах носа. У современных эскимосов нос стал шире. При этом морфологическая высота лица осталась прежней. Таким образом, произошло изменение распределения высоты лица по этажам (табл. 2).

Таблица 2. Сравнительный анализ антропометрических признаков (мужчины)
Признак Реконстурированная выборка (Эквен) Современные эскимосы Значения Т-критерия Достоверность
Продольный диаметр 203,93 189,91 8,28* 0,000
Поперечный диаметр 146,67 157,34 -6,15* 0,000
Головной указатель 71,95 82,93 -9,93* 0,000
Наим. ширина лба 110,33 109,28 0,76 0,449
Скуловой диаметр 151,36 149,95 0,90 0,369
Нижнечелюстной диаметр 132,21 119,86 7,65* 0,000
Физион. высота лица 191,29 195,86 -1,38 0,171
Морфол. высота лица 134,33 137,00 -1,18 0,243
Лицевой указатель 89,37 91,42 -1,29 0,203
Высота носа 70,47 63,12 5,67* 0,000
Ширина носа 33,20 39,77 -8,78* 0,000
Носовой указатель 47,18 63,27 -10,72* 0,000
Ширина рта 60,74 55,88 4,25* 0,000

* Различия достоверны на очень высоком уровне значимости.

В суровых условиях Севера любое изменение проходит через жесткий отбор. Известны корреля­ции носового указателя со среднегодовой темпера­турой воздуха и с влажностью воздуха, т. е. размеры носа отражают адаптацию к условиям климата.

Интересно, что по большинству расово-диагностических характеристик изменений за про­шедшие два тысячелетия не произошло. Можно предположить, что к моменту, когда был образован
Эквенский могильник, уже сформировался и закре­пился в генотипе устойчивый комплекс признаков, отличающих эту группу. Выбирая наиболее благо­приятные для охоты места, древние популяции обеспечивали себе длительное стабильное суще­ствование на одной территории. Из-за специфики промысла морских зверобоев эскимосские поселки существовали в течение многих столетий. И вслед­ствие этого нельзя исключить влияние адаптивных процессов на формирование современного антропологического типа эскимосов (рис. 8).

Причины эпохальной изменчивости заключены в сильном смешении с береговыми чукчами, не ис­ключая при этом влияния адаптации. Исторические данные указывают, что чукчи в значительной степе­ни переняли у эскимосов их культуру и длительное время существовали на перекрывающихся с ними территориях.

Динамика антропологического облика древних популяций Сибири и Казахстана

В основу анализа изменчивости были положены краниологические материалы из большого числа могильников с изучаемой территории. Список их приводится ниже.

  • Неолит: могильники Коскудук (Западный Казахстан); Протока и Сопка (юг Западной Сибири).
  • Бронза: Икпень-I (федоровская к-ра, XV-XIV вв. до н. э., Казахстан), Кара-Тумсук (алакульская к-ра, Казахстан XV в. до н. э.).
  • Раннее железо: (скифское время) (VII-III вв. дон. э.). Могильники: Гумаровский (Южный Урал), Акалаха, Берел, Тар-Асу (Пазырыкские курганыАлтая), Майемер (Западный Казахстан), Кудайколь-1 (тасмолинская к-ра, VII-III вв. до н. э., Павлодарская обл., Северо-Восточный Казахстан), Кеген (VII в. до н. э. — III в. н. э., Южный Казахстан),Майбулак (саки, VII-III вв. н. э., Казахстан). Гунносарматское время (последние века до н. э. — первые века н. э.), могильники: Филипповские курганы (Южный Урал), Исаковка, Коконовка, Стрижево (Омское Прииртышье, III-IV вв., саргатская культура), Старолыбаевский (Тюменская обл.), Алтын-Асар (Приаралье), Томпак-Асар (Приаралье), Лебедевка (V в. до н. э., Казахстан, Уральская обл.),Сарлытам (Западный Казахстан, Мангышлак), Сары-Камыс (Западный Казахстан), Танаберген-II (савроматская к-ра, VII-III вв., Западный Казахстан), Илекшар (Сарматы, II в. до н. э. и Савроматы, VII-III вв., Актюбинская обл., Западный Казахстан; Терен (святилище) (III в. до н. э., Западный Казахстан, Мангистаусская обл.), Дикилтас (Актюбинская обл., Западный Казахстан), Кеген (III-VI вв. н. э., Южный Казахстан), Караагаш (хунну, Центральный Казахстан, III-VI вв.), Биен-I (усуни, II в. до н. э. — IV в. н. э., Казахстан).
  • Раннее средневековье (тюркское время). Могильники: Кокмардан (кангюй, II в. до н. э. — VIII в. н. э., Южный Казахстан), Борижар (тюрки, V-VIII вв.,Чимкентская обл., Южный Казахстан), Бирский (бахмутинская к-ра, VII-VIII вв. н. э., Северо-Западная Башкирия).
  • Развитое средневековье. Могильники: Лесозавод (кимакское время, IX-XI вв., Северный Казахстан), Талгар (XI-XII вв., карлуки, Талды-Курганская обл., Восточный Казахстан), Копа (кипчаки, XII-XIII вв. н. э., Казахстан), Баганаты (кипчаки, Петропавловская обл., XII-XIII вв. н. э., Казахстан), Байкара (монголы, XIII в., Северный Казахстан, Петропавловская обл.), Сарай-Берке (Золотая Орда), Жаман-Каргала-I (Золотая Орда, XII-XIV вв., Западный Казахстан, Актюбинская обл.), Песчаный остров (Золотая Орда, конец XIV — начало XV вв. н. э., Казань).

На базе проведенного комплексного анализа всего материала, включая изучение изменчивости ростовых процессов черепа, в географическом и хронологическом аспектах можно сделать следующие выводы. В неолите на территории Сибири и Казахстана население характеризовалось относительной разнородностью в пределах большого европеоидного ствола. Характерные для современного населения Сибири и Казахстана антропологические комплексы еще не сформировались (могильники Протока, Сопка, Коскудук) (рис. 1, 2).

Во все последующие изученные хронологические периоды в степном регионе, в хозяйственном отношении доминировали племена кочевых скотоводов, представители которых характеризуются исключительно европеоидными расовыми чертами со значительной вертикальной и горизонтальной профилировкой (Гумаровские курганы, Акалаха, Сопка, Майемер и т. д.) (рис. 3). В юго-восточной части Казахстана фиксируется значительная примесь грацильного средиземноморского типа, например материалы могильников Кудайколь-I и Кеген, Чиликты (рис. 4). Лишь в некоторых наиболее восточных районах изучаемого региона среди населения фиксируется небольшая монголоидная примесь.

На северо-востоке Казахстана преобладающим компонентом антропологического облика является морфотип со смешанным выражением европеоидных и монголоидных черт, определяющийся в сочетании большой высоты и ширины лица с сильным выступанием носа (могильники Берел, Тар-Асу, Кыргаулды и т. д.) (рис. 5).

Население сарматского и гуннского времени (последние века до н. э. — первые века н. э.) также отличается решительным преобладанием европеоидного антропологического типа со специфическим морфологическим комплексом, характеризующимся матуризованным, широким и несколько уплощенным лицом, выступающим носом, мезобрахикранией, относительно низкосводным, крупным по абсолютным размерам черепом ( памятники Филипповские курганы, Алтын-Асар, Старолыбаевский, Исаковка, Коконовка, Лебедевка и т. д.) (рис. 6,9-10). В это же гунно-сарматское время здесь в заметной степени фиксируется обычай искусственной деформации черепа (могильники Томпак-Асар, Алтын-Асар и др.) (рис. 11, 12), придающий облику неповторимое своеобразие.

В гуннское время на территорию Казахстана просачиваются популяции, имеющие заметные монголоидные расовые черты — более уплощенное лицо, менее выступающий нос, развитая складка верхнего века ( могильники Сарлытам, Танаберген, Дикилтас, Стрижево, Сары-Камыс, Кеген) (рис. 13).

Раннее средневековье характеризуется появлением и распространением древних тюрок на изучаемой территории (Конгюй, Борижар, Биен, Каракыстак и т. д.) (рис. 14). И в это время в степи также преобладают европеоиды, но уже явственно проступают некоторые монголоидные черты. Например, популяция, оставившая могильник Лесозавод в Центральном Казахстане (кимакское время — IX-XI вв.), характеризуется большими размерами черепа при малых высотных, очень широким и высоким лицом при его довольно сильном уплощении в назомалярной области. Сходными чертами обладало населе­ние, оставившее могильники Талгар, Бозок и некоторые другие (Восточный Казахстан) (рис. 15).
Совершенно иначе выглядело население в позднем средневековье. Оно приобретает устойчивый европеоидно-монголоидный облик со слабо профилированным лицом и достаточно выраженным развитием складки верхнего века (рис. 16).

В целом население изучаемого хронологического периода от неолита до развитого средневековья характеризуется неуклонным ростом монголоидного расового компонента на фоне в целом европеоидного по облику населения. В результате основная часть населения приобретает облик уральской и южносибирской контактной, европеоидно-монголоидной расы (Подчеган, Талгар, Баганаты, Шидерты, Копа, Жаман-Каргала и т. д.) (рис. 17).
Использованные оригинальные методы позволили получить новые специфические характеристики изученных популяций, которые невозможно получить с помощью традиционных антропологических исследований. Также была создана новая галерея графических и скульптурных портретов, иллюстрирующая смену антропологических типов в пространстве и во времени.